Круглое лицо, чуть склонённое, лёгкая тень улыбки в уголке губ, жемчуг у виска и глаза, полные тихого света. Так Рембрандт написал Саскию, и, глядя на этот портрет, ловишь себя на странном чувстве, будто подсматриваешь за чем-то очень личным. Ведь так смотрят не на модель. Так смотрят на любимую.
Они встретились в 1633 году. Саския ван Эйленбюрх была дочерью бургомистра из Леувардена, девушкой из хорошей семьи, а он восходящей звездой амстердамской живописи, сыном мельника, дерзким и уверенным. Второго июля 1634 года они обвенчались. И на восемь лет мастерская Рембрандта наполнилась ею.
Восемь счастливых лет
Он писал её без устали. В богатых нарядах и с цветком в руке, смеющейся у него на коленях, в шляпе с пером, в образе пасторальной пастушки. Это было время его расцвета - заказы шли рекой, дом ломился от антиквариата и редкостей, которые он страстно, безоглядно скупал. Саския была центром этого изобилия, его музой и хозяйкой, живым доказательством того, что мальчик с мельницы взял от жизни всё.
Судьба, впрочем, брала жестокую плату за это счастье. Дети рождались и умирали один за другим, трое младенцев не пережили первых месяцев. И лишь четвёртый, сын Титус, появившийся в 1641-м, выжил. А через несколько месяцев после его рождения Саския начала угасать.
Тень и новый свет
Четырнадцатого июня 1642 года Саскии не стало. Ей было двадцать девять, свела её в могилу, скорее всего, чахотка. В тот же год Рембрандт закончил огромный «Ночной дозор», на пике признания он остался вдовцом с младенцем на руках. Больше он не женился. По завещанию Саскии он терял её приданое, стоило ему пойти к алтарю снова, и этот денежный узел стянул ему руки на всю оставшуюся жизнь.
Того самого маленького Титуса Рембрандт потом писал бесконечно нежно, мальчик, склонившийся над книгой, свет лампы на юном лбу. В этих портретах сына словно продолжает жить и мать, чью улыбку отец однажды поймал и уже не отпустил.
Свет в дом всё же вернулся. В конце 1640-х рядом с Рембрандтом появилась Хендрикье Стоффелс, простая молодая женщина, сперва прислуга, потом верная спутница. Она родила ему дочь Корнелию, стойко снесла осуждение церковного совета за жизнь без венца и осталась с ним в самые тяжёлые, разорительные годы, когда былое богатство рассыпалось прахом. Хендрикье ушла около 1663 года, вероятно, от чумы. И её он тоже писал - тепло, без парадного блеска, глазами человека, который знает цену тихой преданности.
Две женщины, два света, ранний, ослепительный, и поздний, тёплый и выстраданный. А между ними целая жизнь великого мастера, который умел любить так же щедро, как писал. Посмотрите все тарелки с картинами Рембрандта и остановитесь у лица Саскии. Она всё так же улыбается краешком губ и, кажется, вот-вот засмеётся вслух.
Пока нет комментариев. Будьте первым!