Париж, Монпарнас, март 1917 года. В студии тепло от печки и терпко от скипидара, а на табурете сидит девятнадцатилетняя девушка с рыжими волосами и длинной, будто нарисованной, шеей. Её зовут Жанна Эбютерн, она сама учится живописи в академии Коларосси, и в мастерскую к Амедео Модильяни она войдёт не как модель на час, а как женщина на всю его короткую оставшуюся жизнь. Друзья звали её тихой, застенчивой, с такой белой кожей, что прозвали «кокосовый орех». А ещё она умела молчать рядом с ним часами, и Амедео это было нужнее любых слов.
Он был красив, талантлив, болен туберкулёзом и почти всегда без гроша. Итальянский еврей из Ливорно, он приехал в Париж завоёвывать мир, а получил нищету, абсент и гашиш. Она из строгой буржуазной католической семьи, которая пришла в ужас от её выбора. Родные видели в Модильяни пьющего, нищего, распущенного человека и от дочери фактически отреклись. Жанна всё равно ушла к нему и осталась. В восемнадцать лет она выбрала любовь против всей своей прежней жизни, и ни разу об этом не пожалела.
Верность вопреки всему
Он писал её без устали, около двадцати пяти портретов за неполные три года. Тарелка наверху, «Портрет Жанны Эбютерн», как раз из этой бесконечной серии, где она то в кресле, то в шляпке, то со склонённой набок головой. Модильяни вытягивал её шею на свой манер, наклонял овал лица, а миндалевидные глаза часто оставлял без зрачков, пустыми озёрами голубого. Однажды его спросили почему. Он ответил, что напишет ей глаза, когда узнает её душу. Вот от этой фразы у меня всегда мурашки, ведь это и есть признание в любви, сказанное языком ремесла. Он будто говорил, что до самого дна её ещё не дошёл, а значит впереди целая жизнь.
Жизнь их была тяжёлой. Болезнь, безденежье, его срывы и измены, съёмные комнаты, из которых их гнали за неуплату. Но Жанна не уходила, поддерживала его даже беременной, даже когда всё складывалось против неё. В 1918-м на юге Франции родилась их дочь, тоже Жанна. А летом 1919 года Амедео написал от руки короткую расписку, обещание жениться на мадемуазель Жанне Эбютерн, как только придут нужные бумаги. Он датировал её седьмым июля. Бумаги прийти не успели.
Преданная до последнего
24 января 1920 года Модильяни умер от туберкулёзного менингита, ему было тридцать пять. Хоронил его весь Монпарнас, за гробом шли художники, которые при жизни не могли ему помочь. Жанна, снова беременная на девятом месяце, пережила его всего на два дня. На рассвете 26 января она шагнула из окна пятого этажа отчего дома, забрав с собой и нерождённого ребёнка. Ей был двадцать один год.
Почти десять лет спустя, по просьбе брата художника Эмануэле, семья наконец разрешила перенести прах Жанны на кладбище Пер-Лашез, чтобы она лежала рядом с Амедео. На её надгробии написали по-итальянски, что она была преданной спутницей до крайней жертвы. И глядя на эти вытянутые нежные портреты, где голубые глаза наконец смотрят в упор, понимаешь, что он всё-таки успел написать ей душу. Загляните на все тарелки с работами Модильяни, её лицо там повсюду.
Пока нет комментариев. Будьте первым!