Перед вами купчиха за чаем. Пышный самовар, спелый арбуз, кот трётся о плечо, за спиной сытый провинциальный городок в закатном золоте. Кажется, будто писал это самый благополучный человек на свете, объевшийся жизнью до краёв. На деле картину создавал художник, который не мог сам подняться со стула и почти не чувствовал ног.
Праздник, написанный из кресла
Борис Кустодиев заболел рано. Туберкулёз позвоночника медленно отнимал у него подвижность, и к 1916 году наступил паралич нижней половины тела. Дальше вся его работа шла из инвалидного кресла. По свидетельствам, большой холст ему укрепляли на особой раме и наклоняли почти горизонтально над головой, чтобы обездвиженный художник мог дотянуться кистью до нужного участка. Он писал, глядя снизу вверх, буквально из-под собственной картины.
«Купчиху за чаем» он создал в голодном и холодном 1918 году, когда за окном шла разруха, а модель нашлась по соседству. Этой пышной красавицей стала соседка Кустодиевых, студентка-медичка Галина Адеркас. За стенами мастерской не было ни арбузов, ни изобилия. Всё это художник доставал из памяти и воображения.
Мир размером в комнату
Своё положение Кустодиев описывал коротко и страшно. Теперь весь мой мир, это моя комната, говорил он. Из этой комнаты, из окна с видом на кусок улицы, из старых этюдов и цепкой памяти он выстроил целую Россию. Ярмарки, масленицы, купчих, трактиры, снежные тройки и краснощёкое изобилие. Ту самую сказочную, солнечную, праздничную Русь, которой к тому моменту уже почти нигде не осталось.
В этом и есть главный парадокс Кустодиева. Чем тяжелее ему было физически, тем светлее и радостнее становились его картины. Он не жаловался холстом, не переносил на него свою боль. Он словно нарочно писал противоположное тому, что чувствовало тело, жизнь во всей её избыточной, звонкой полноте. Врачи давали ему мало времени, а он успел создать десятки праздников.
Кустодиев умер в 1927 году, так и не встав из кресла. За плечами были годы неподвижности, боли и операций, и при этом ни одной унылой картины. Глядя на его румяную купчиху, невозможно поверить, что писал её человек, для которого дотянуться до верха холста было отдельным подвигом. Может быть, в этом и есть настоящее искусство, превращать собственную несвободу в чужой праздник. Выберите все тарелки с картинами Кустодиева и налейте себе чаю за его здоровье.
Пока нет комментариев. Будьте первым!