Представьте будуар в Версале, где пахнет пудрой и розовой водой, а за высоким окном гаснет закат. Молодая женщина в платье цвета морской волны сидит перед листом бумаги и робко ведёт грифелем линию. Рядом, чуть склонившись, стоит человек лет сорока пяти и терпеливо поправляет её руку. Она - маркиза де Помпадур, первая дама королевства. Он - Франсуа Буше, самый модный живописец Франции. И это не просто урок рисования, а начало одной из самых красивых творческих привязанностей своего века.
Жанна-Антуанетта, ставшая маркизой де Помпадур, обожала Буше беззаветно. Его пастельные пасторали, розовощёкие амуры и мифологические сцены она считала вершиной вкуса. В 1749 году художник начал учить свою высокую поклонницу рисунку и офорту. По сути, могущественная фаворитка Людовика XV села за парту, а её наставником стал придворный мастер. Она покупала его работы, направляла его карьеру и в 1765-м помогла ему занять пост первого живописца короля.
Портрет как признание в нежности
Буше писал маркизу не раз, и каждый портрет выходил у него особенным. Он не льстил ей грубо, он любовался. В её изображениях всегда есть книга, ноты или тот самый рисовальный лист, знак того, что перед нами не просто красавица, а покровительница искусств, женщина ума и вкуса. Жемчуг на её шее у Буше светится тем же матовым светом, что и кожа, а складки шёлка живут собственной жизнью. Так пишут только то, чем по-настоящему дорожат.
Рококо было эпохой, влюблённой в саму любовь. Буше сделал своим главным героем не громового Зевса, а пухлого шаловливого амура. Этими крылатыми малышами он особенно гордился и выставлял их с явным удовольствием. У него купидоны не грозные боги, а маленькие проказники в цветущих лугах, воплощение той лёгкой, чувственной, чуть насмешливой нежности, что царила при дворе.
Придворная любовь, замершая в фарфоре
Есть что-то трогательное в том, что мастер, воспевавший мимолётное, оставил после себя вечное. Спящие амуры Буше - это ведь целая философия. Даже сама любовь у него иногда отдыхает, свернувшись клубочком, и в этой дремоте больше правды о чувстве, чем в любой патетической аллегории. Смотришь на них и понимаешь, что нежность не обязана быть громкой.
Маркиза умерла в 1764-м, всего сорока двух лет от роду. Буше пережил её на шесть лет и, говорят, так и не нашёл себе покровительницы столь же преданной. Он писал королев и богинь, но настоящей его музой осталась та самая ученица, что когда-то робко выводила первую линию грифелем. Их союз не был романом в привычном смысле, и тем он дороже. Это была любовь двух людей к одному общему делу, к красоте.
Сегодня эти сюжеты вернулись к нам на фарфоре, и в этом есть своя правда. Ведь рококо всегда мечтало превратить жизнь в изящную вещицу, которую хочется держать в руках. Загляните на все тарелки с работами Франсуа Буше и выберите свой фрагмент той нежной, чуть лукавой придворной любви.
Пока нет комментариев. Будьте первым!